Маршрут 44 остался позади вместе с его пологими холмами и безмятежными озерами. Стоило мне ступить на 45-й, как ландшафт резко изменился: мягкие пейзажи сменились суровой, неприступной горной грядой. Стало ясно: легкой прогулки не будет.
Этот путь напоминал лабиринт, созданный, чтобы сбить с толку. Стоило мне привыкнуть к ровному участку, как дорогу преграждала отвесная скала, заставляя петлять и менять курс. Тропы здесь были коварны: узкие, извилистые, они то прятались за каменными выступами, то терялись в густом кустарнике. Там, где секунду назад казалось, что прохода нет, внезапно открывалась неприметная тропинка, уводящая вверх или вниз по склону.
Каждый шаг требовал предельной концентрации. Карта быстро стала бесполезной — местность менялась слишком стремительно. Ветер здесь дул по-особенному, принося запах холодного камня и высокогорья, а где-то вдали раздавались крики диких покемонов, привыкших к жизни на этих крутых склонах.
«Последний рывок перед Блэкторном», — подумал я, перепрыгивая через очередную расщелину. Маршрут словно испытывал меня на прочность, проверяя, достоин ли я финального испытания.
Я пробирался по узкому карнизу, когда до слуха донесся странный звук из лощины внизу. Это не было похоже на обычный крик дикого зверя — скорее, жалобный, прерывистый писк.
Осторожно выглянув из-за скалы, я замер. В низине, зажатый между острыми камнями, сидел маленький медвежонок. Его густая коричневая шерстка была взъерошена, а на груди отчетливо выделялся светлый полумесяц. Тэдриус. Редкий горный покемон, о котором я читал лишь в справочниках.
Радость от находки сменилась ледяной тревогой. Вокруг малыша суетились двое в черной униформе с красной буквой «R» на груди. Один сжимал в руках сеть из электроволокна, другой отрезал медвежонку единственный путь к отступлению.
— Шевелись, придурок! — прошипел один из них. — Этот Тэдриус стоит целое состояние на черном рынке. Босс будет доволен, если доставим его живым.
Тэдриус прижался к холодной скале, его глаза-бусинки были полны ужаса. Он попытался использовать «Удар», но от истощения лишь слабо топнул лапкой. Бандиты в ответ лишь рассмеялись.
Я почувствовал, как внутри закипает ярость.

— Эй, вы! Оставьте его в покое! — крикнул я, выпрыгивая из укрытия и приземляясь на каменистую площадку.
Бандиты резко обернулись. Тот, что с сетью, оскалился:

— О, смотрите-ка, очередной «герой» решил поиграть в спасателя? Ты выбрал не то место и не то время, парень.
Он с силой бросил покебол. Вспышка света — и передо мной возник злобный Раттата, обнаживший острые зубы.
— Мои покемоны полны сил, — сказал я, сжимая в руке покебол своего верного напарника. — И я не позволю вам забрать этого Тэдриуса!
Ситуация накалялась. Горный ветер завывал между скал, а в воздухе повисло напряжение перед началом битвы. Второй бандит, презрительно хмыкнув, тоже выхватил покебол.
— Думаешь, справишься с одним Раттата? — усмехнулся он. — Познакомься с моим любимцем. Вперед, Эрбок!
Из покебола вырвался густой фиолетовый дым, из которого показалась массивная кобра. Она с шипением расправила свой капюшон, на котором красовался устрашающий узор, и уставилась на меня холодными, немигающими глазами.
Я понял, что ситуация становится критической. Против меня двое, и их покемоны явно привыкли к грязным методам боя. Но отступать было некуда — за моей спиной, в ловушке, дрожал маленький Тэдриус.

— Синдаквил, я выбираю тебя! — выкрикнул я, подбрасывая покебол в воздух.
Яркая вспышка — и на каменистой почве появился мой огненный зверек. Он сразу почувствовал угрозу, его спина вспыхнула оранжевым пламенем, а взгляд стал сосредоточенным и решительным.
— Раттата, используй «Быструю атаку»! — скомандовал первый бандит.
Грызун сорвался с места, превратившись в размытое серое пятно. Он двигался невероятно быстро, стремясь сбить Синдаквила с ног прежде, чем тот успеет среагировать.
— Синдаквил, уклоняйся и используй «Дымовую завесу»! — скомандовал я.
Мой напарник ловко отпрыгнул в сторону, пропуская Раттата мимо себя, и тут же выпустил густое облако черного дыма. Площадка мгновенно погрузилась в серую пелену. Бандиты растерянно закричали, пытаясь разглядеть хоть что-то в густом тумане.
— Эрбок, используй «Ядовитое жало» по всей площади! — взревел второй преступник, теряя самообладание.
Кобра начала хаотично метать острые иглы в дымовую завесу, надеясь задеть нас наугад. Я понимал: это наш шанс. Пока они дезориентированы, нужно действовать быстро.
— Синдаквил, «Уголек» по Раттата! Сейчас!
Из центра дыма вырвался сноп искр. Раздался визг — Раттата, не ожидавший атаки с фланга, отлетел к стене скалы. Но времени на передышку не было: Эрбок, почуяв движение, резко развернулся в нашу сторону, его глаза хищно блеснули в полумраке. Битва за жизнь маленького Тэдриуса только начиналась.
Эрбок, разъяренный тем, что его напарник получил удар, с громким шипением рванулся вперед. Его длинное тело, словно пружина, распрямилось, и кобра, извиваясь, начала стремительно сокращать дистанцию, игнорируя остатки дыма.
— Синдаквил, не дай ему подобраться! Используй «Быструю атаку» и уходи в сторону! — скомандовал я, чувствуя, как адреналин стучит в висках.
Мой покемон, словно маленькая огненная искра, метнулся вправо, едва избежав тяжелого хвоста Эрбока, который с глухим стуком ударил по камням там, где мы стояли секунду назад. Кобра была быстрой, но в узком пространстве лощины ей было сложнее маневрировать, чем моему юркому напарнику.
— Хватит играть в прятки! — взревел бандит с Раттата, который уже пришел в себя и теперь с ненавистью смотрел на нас. — Эрбок, «Обвитие»! Раттата, «Укус»! Зажмите их в тиски!
Ситуация стала критической. Раттата, оправившись от «Уголька», с новой силой бросился наперерез, пытаясь отрезать Синдаквилу путь к отступлению, пока Эрбок готовился нанести решающий удар. Я понимал, что если мы окажемся зажаты, то не выберемся.
— Синдаквил, прыгай на выступ скалы! — крикнул я.
Мой напарник, оттолкнувшись от земли, взлетел на уступ, едва не задев острые камни. Раттата, не успев затормозить, врезался прямо в кольца Эрбока, который уже начал сворачиваться для атаки. Кобра, сбитая с толку, зашипела на своего же союзника, а бандиты начали орать друг на друга, теряя контроль над покемонами.
Это был наш шанс.
— Сейчас, Синдаквил! «Огнемет»! — скомандовал я, указывая на скопление врагов.
Мой покемон глубоко вдохнул, и из его пасти вырвался мощный поток пламени. Огонь осветил всю лощину, заставив бандитов в ужасе отпрянуть. Раттата и Эрбок, ослепленные и опаленные жаром, в панике бросились врассыпную.
— Уходим! — крикнул один из преступников, понимая, что ситуация выходит из-под контроля. — Этот парень слишком проблемный, не стоит того!
Они поспешно отозвали своих покемонов в покеболы и, спотыкаясь о камни, бросились вверх по склону, скрываясь за поворотом тропы.
Я тяжело дышал, чувствуя, как дрожат руки. Синдаквил спрыгнул с выступа и подошел ко мне, его пламя на спине постепенно угасало, переходя в спокойное мерцание. Мы медленно подошли к низине, где все еще дрожал Тэдриус.
Медвежонок поднял на нас свои испуганные глаза. Я опустился на одно колено и протянул руку, стараясь показать, что я не причиню ему вреда. Тэдриус осторожно понюхал мою ладонь, а затем, издав тихий, благодарный звук, прижался к ней своей мягкой мордочкой.
Опасность миновала, но я понимал: этот путь через 45-й маршрут стал для меня чем-то большим, чем просто дорогой к Блэкторну. Я не только выстоял в бою, но и обрел доверие редкого существа, которое теперь смотрело на меня с надеждой. Впереди нас ждал долгий путь, но теперь я знал — мы справимся.